Перед выходом мы попрощались с Юрчиком как всегда: я его чмокнула в щечку, он мне улыбнулся.
‑ Масечка, хорошего дня, ‑ сказал Юрчик мне, сбегавшей по лестнице вниз.
‑ Мы продолжим наш разговор, — крикнула я ему.
Разговор касался нашего будущего: я очень хотела ребенка, и считала, что и Юрчик должен разделить со мной мое желание. Мы вместе уже четыре года, надо что-то решать…
Потом, вспоминая это роковое утро, я припомнила, странное чувство, которое охватило меня на улице, в какой-то момент показалось, что я провалилась под воду: мир перестал издавать звуки, движения стали медленней, а я все увидела как бы со стороны.
Длилось это – мгновенье, затем все стало на свои места. Я подбежала к машине, села и тронулась в путь. Дорога на работу была настолько знакома, что казалось, не я управляю автомобилем, а он едет сам, привычно тормозя перед светофорами.
Я отвлеклась всего на мгновенье. Последнее, что я помню, это образ давно умершего отца, который почему-то появился перед машиной на дороге. Затем раздался удар. Мне захотелось выйти и посмотреть, что же случилось, но почему-то не смогла.
Потом я долго не могла понять, почему мама плачет и Юрчик. Что с ними? Я их зову, спросить хочу, а они не откликаются. И вдруг я почувствовала запах, не могу даже объяснить какой. Я ощутила такую легкость, что полетела на этот запах.
Вдали показалась лужайка. «Какие на ней прекрасные цветы, — подумалось мне, ‑ где я? О, знакомые лица…» На лужайке сидели те, кого я сильно любила, кого давно не было в живых. Отец, бабушка, моя любимая тетка Сима, — было чудесно вновь оказаться среди них, очень хотелось пошалить как в детстве. Я стала играть с ними в прятки.
Когда мы вдоволь наигрались, тетя Сима сказала: «Тебе надо возвращаться домой, а то мама сильно расстроиться». И папа, и бабушка закивали и стали прощаться. А я не хотела, совсем. Но меня как будто вытолкнули в трубу, и меня несло, несло так быстро, что было больно выдохнуть.
«В рубашке родилась, ‑ сказал хирург своему ассистентку – такой удар, а она выжила, да еще и беременная. Я в чудеса не верю, но такое ощущение, что кто-то ее в момент аварии прикрыл собой».
Я слышала, но молчала. Вспоминала свой полет, родных и думала о том, как обрадуется Юрчик, когда узнает, что у нас будет ребенок. «И пусть мама не плачет, все будет хорошо, — подумала я и заснула».