Решили мы всей нашей веселой компанией отправки на поиски заветного папоротника.
С деревни ушли, когда появились первые сумерки. Двигались с анекдотами, шутками, не заметили как вошли в лес. Кто-то из ребят вспомнил, что где-то у реки видел папоротник, туда мы и направились.
Неожиданно, идущий впереди, Витек остановился и тихо сказал: «Смотрите, кто это?» Вы не поверите, но прямо перед нами на поваленном дереве сидела девушка вся в белом и расчесывала длинные черные волосы.
Сразу скажу, что ребята мы были не пьющие, и ни какими галюнами не страдали. С психикой у всех нормально, все четверо отслужили в ВДВ. Девушка совсем не испугалась, увидев нас, а даже наоборот, как нам показалось, она улыбалась и сделала шаг навстречу. Честно сказать, я таких красивых женщин не видел: глаза, что озера, волосы – смоль, белая кожа, алые губы. Но двигалась незнакомка как-то странно. Когда я опустил глаза вниз, чтобы посмотреть, почему она так ходит, то чуть не упал в обморок – вместо ног у девушки был хвост.
Мы смотрели то на девушку, то друг на друга не в силах сказать ни слова. Когда до нас оставалось не больше 3-х метров, подул сильный ветер и она будто растворилась в воздухе. Искать дальше цветок папоротника всем перехотелось. По общему молчаливому согласию мы дружно повернули обратно, но почему-то дороги, по которой мы шли не было, сделав несколько шагов вперед поняли, что находимся в болоте. Далее двигаться было уже опасно. Что делать дальше – не знал никто. Стояла тишина. «Теперь знаю, почему бабка рассмеялась, когда я ей сказал о нашем походе за цветком», — нарушил молчание Серега, — «посмеялась, а потом перекрестилась и сказала: «Один раз пойдешь, второй тебя туда на веревке не затянут. Если что, молитву погромче читайте»». А бабка у Сергея была известная на всю округу целительница, и говорили, что она даже может человека в оборотня превратить.
Как по команде мы начали произносить все, что знали. Сколько прошло времени уже не помню, но мало-помалу мы стали вылазить из трясины. Между деревьями показалась узкая тропинка. Не успели мы пройти и сто метров, как лес зашумел, а ветки стали гнуться до самой земли. Cо всех сторон послышались всевозможные жуткие звуки: и мычание, и рычание, и смех, и плач, и пение – и все это одновременно. Не знаю как ребята, но я от страха забыл все молитвенные слова, меня трясло как в лихорадке, а в груди будто горел огонь.
Мы прижались друг к другу, сели на землю и закрыли руками головы, нас всех одолел сон. Когда проснулись, уже поднималось солнце, а где-то за лесом в деревне слышался крик петухов.
Дом Серегиной бабки стоял у самого края леса. Увидев нас она покачала головой и велела всем идти в избу. Что она делала не помню точно, по моему читала молитвы, катала по нашим головам яйцами, поила каким-то отваром. На сеновале мы проспали почти сутки. От прошлого состояния не осталось и следа, ничего не болело, не беспокоило, но по-прежнему вспоминать ту ночь не хотелось.